Иркутский областной суд на заседании 17 октября прекратил уголовное дело в отношении 35-летнего Алексея Дьяченко, который проходил подсудимым по делу о бунте в ИК-15 Ангарска, из-за его смерти. Но прежде, чем выносить решение в подобных случаях, суд должен выслушать позицию близкого родственника обвиняемого, потому на заседание пригласили маму Алексея Дьяченко Рашиду. Женщина не просто озвучила решение — она высказала свое эмоциональное мнение относительно того, как проходит процесс

Она отметила, что судебная защита прав и свобод человека может быть обеспечена только компетентным и независимым правосудием, которое базируется на справедливости и беспристрастности. А это, в свою очередь, означает, что каждый судья должен соблюдать профессиональную этику, честно исполняя свои обязанности.

Женщина сослалась на кодекс судейской этики, по которому судья не вправе уклоняться от рассмотрения заявлений, ходатайств и жалоб, поступающих к нему, и должен следовать стандартам морали и нравственности, быть честным, не давать повод для сомнений в своей независимости и беспристрастности.

Однако судебный процесс, который ведется по делу о бунте в ИК-15, считает Рашида Дьяченко, не демонстрирует уважения к подсудимым.

— По моему мнению, судебная коллегия начиная с первого заседания всеми своими действиями дала понять, что ее вообще не интересует позиция обвиняемых и их защитников, потому что ни одно ходатайство, которые заявляли обвиняемые об обеспечении их защиты любыми доступными способами, не было удовлетворено. Так и не было рассмотрено ходатайство о том, чтобы процесс проводился в Иркутском областном суде, а не в СИЗО-1, — сказала она.

Кроме того, суд не удовлетворил ни одно ходатайство от Алексея Дьяченко, в которых он просил освободить его от участия в процессе из-за состояния здоровья.

— Ему приходилось находиться в зале суда с высокой температурой, корчась от боли и страдая. Из-за этого он не мог полноценно участвовать в заседаниях. Но вам это было безразлично. Вы не затребовали справку о состоянии моего сына, вместо этого утверждали, что он симулирует, не веря в его тяжелое заболевание, — обратилась Рашида Дьяченко к суду.

Она отметила, что у обвиняемых сложилось впечатление о том, что суд ведет дело в обвинительном уклоне, и это свидетельствует об отсутствии беспристрастности судебной коллегии.

— Может, смерть моего сына как-то повлияет на суд и поможет ребятам, которых, по моему мнению, просто назначили на роль обвиняемых с применением пыток и издевательств. Моего сына эта беда не обошла стороной, хотя после событий, состоявшихся в ИК-15 в 2020 году, ему оставалось всего две недели до завершения срока, — сказала женщина. — Эти 14 дней превратились в два с половиной года пыток, издевательств и унижений, что и привело его к тяжелому онкологическому заболеванию. Фактически действиями силовых и судебных органов моему сыну вынесли смертельный приговор.

Также Рашида Дьяченко отметила, что надеяться на оправдательный приговор в отношении ее сына было бы наивным. А потому она не видит необходимости в продолжении судебного расследования в отношении Алексея.

— Мой сынок умер невиновным человеком, и у вас не будет возможности доказать обратное, — сказала мать Алексея Дьяченко.

После того как женщина завершила свое выступление, судья спросил, не хочет ли она заявить отвод судебной коллегии.

Напомним, 19 сентября в судебном заседании был объявлен перерыв из-за болезни Дьяченко: мужчину направили на лечение в стационар при ИК-6. Врачи учреждения выявили у фигуранта дела онкологическое заболевание, которое требовало лечения в условиях онкодиспансера. Состояние Дьяченко при этом ухудшалось и становилось опасным для жизни.

В конце сентября судебное производство в отношении Алексея Дьяченко было приостановлено, его выпустили из-под стражи по рекомендации врачей.

Алексея Дьяченко обвинение называло одним из неформальных руководителей обособленной группировки, которая якобы сформировалась в ИК-15. В колонии он отбывал срок по приговору Ленинского районного суда Иркутска. Согласно документу, опубликованному в судебной базе, мужчина вместе с подельником угнал автомобиль, а затем бросил его, после чего, будучи пьяным, ограбил торговый павильон на остановке «Жукова» в Иркутске II. За это Алексея Дьяченко приговорили к трем годам в колонии строгого режима.

Бунт произошел в колонии строгого режима в Ангарске вечером 10 апреля. Как сообщили тогда в ГУФСИН, осужденные накануне напали на сотрудника штрафного изолятора. Затем стало известно, что на территории колонии подожгли несколько зданий. Общая площадь пожара составила 30 тысяч квадратных метров, сгорели восемь зданий, среди них — четыре производственных цеха, пожарная часть, учебный цех и подсобные помещения.

При разборе завалов на территории промзоны колонии был найден повешенный заключенный.

К утру 11 апреля ГУФСИН заявило, что обстановка находится под контролем. СКР возбудил уголовное дело по статье 321 УК РФ (дезорганизация деятельности исправительного учреждения). После бунта около 300 заключенных перевели в следственный изолятор для проведения следственных действий. Часть людей, содержащихся в ИК-15, перевели в другие колонии, более 800 человек остались на месте.

Судебный процесс начался 14 июля 2023 года, мы вели его текстовую онлайн-трансляцию, так же как и с заседания 22 августа, когда свою версию событий озвучила сторона обвинения. С 29 августа заседания проходят в условиях СИЗО-1, прессу и общественников пустили на них с 7 сентября. На заседании 7 сентября допросили двух осужденных, признанных по делу потерпевшими, затем 13 сентября рассмотрели несколько ходатайств от подсудимых, в том числе об отводе судебной коллегии и возвращении дела в прокуратуру, а также допросили представителя базы материально-технического снабжения ГУФСИН по Иркутской области, признанной по делу потерпевшей стороной.

Мы подробно изучили криминальную биографию каждого из предполагаемых организаторов бунта.

Источник: ИркСити