Главной проблемой стала не столько сама ликвидация федеральных ведомств, сколько то, что дальнейшая судьба низовых звеньев всей системы управления лесами и другими природными территориями в течение примерно года оставалась совершенно неопределенной.
Кроме того, после ликвидации старого Рослесхоза и Госкомэкологии РФ начались гонения на несогласных чиновников, тех, кто пытался протестовать против очевидно неправильных и непрофессиональных решений власти — в результате чего кадровый костяк системы управления лесами на федеральном уровне был в основном разрушен.
Последовавший за ликвидацией Рослесхоза и Госкомэкологии РФ период управленческого хаоса нанес и лесному хозяйству, и охране природы такой урон, последствия которого не удается ликвидировать до сих пор, и вряд ли удастся ликвидировать в обозримом будущем!
Последующие несколько лет запомнились главным образом новой кадровой политикой государства в сфере управления лесами, который сохраняется до сих пор, — это замещением профессионалов с профильным образованием и соответствующим опытом работы на всё согласных и убодных дилетантов. Со дня ликвидации Федеральной службы лесного хозяйства России, органами управления лесами федерального уровня ни дня не руководил профессионал с опытом работы в соответствующей области. Вытеснение специалистов затронуло все уровни системы государственного управления лесами. Однако, своих дилетантов в системе управления лесами все еще не хватало, и подготовка некоторых решений возлагалась на другие ведомства — например, ключевые поправки, которые вносились в старый Лесной кодекс РФ 1997 года, и проект нового Лесного кодекса РФ готовились Минэкономразвития РФ, в котором нет специалистов лесной отрасли.
В 2006 году произошло событие, по разрушительному воздействию на лесное хозяйство даже перекрывшее итоги ликвидации Федеральной службы лесного хозяйства и Госкомэкологии РФ.
4 декабря 2006 года был принят новый Лесной кодекс Российской Федерации и подписан Президентом РФ В. В. Путиным. Подготовка нового кодекса началась еще в 2004 году, а некоторые его положения были введены ещё в старый Лесной кодекс. Например, федеральным законом от 29 декабря 2004 г. № 199-ФЗ, работники лесного хозяйства были лишены полномочий по охране лесов, а полномочия по тушению лесных пожаров и управлению «сельскими» лесами были переданы органам государственной власти субъектов РФ!!!
Разработчиками нового Лесного кодекса России, первоначально планировалось введение частной собственности на леса, с исключением возможности приватизации лишь некоторых категорий земель, охватывавших в сумме менее десяти процентов лесов страны; кодекс в целом писался под идею массовой приватизации леса и ухода государства из лесного хозяйства.
Идея массовой приватизации лесов вызвала народное возмущение, а власть в то время, ещё прислушивалась к людям, и была вынуждена от приватизации отказаться, но должным образом переработать проект нового кодекса под изменившуюся концепцию не успели, или просто не сочли нужным. В результате получился некий гибридный документ, разные части которого фактически писались под разные идеи обращения государства с лесом и потому плохо стыковались друг с другом!
Кроме того, проект нового кодекса писался далекими от леса людьми под некое идеалистическое представление о лесах, сформированное официальной лесной статистикой и отчетностью, основой которого была идея об исключительном богатстве нашей страны лесными ресурсами и о хроническом недоиспользовании этих ресурсов.
Главными итогами введения нового Лесного кодекса РФ, Федерального закона от 4 декабря 2006 г. № 200-ФЗ, стали:
1. Разрушение экономических основ лесного хозяйства — способности лесохозяйственных организаций содержать свой штат, обеспечивать выполнение работ по охране, защите и воспроизводству лесов, в том числе по борьбе с лесными пожарами и другими бедствиями, в основном за счет доходов от собственной хозяйственной деятельности. Лесное хозяйство из более или менее самодостаточной отрасли народного хозяйства превратилось в дотационную отрасль, потребляющую огромные средства из бюджета, но при этом ещё и совершенно неспособную обеспечить содержание лесов хоть в каком-то порядке. Количество людей, занятых в лесном хозяйстве, сократилось за время действия нового Лесного кодекса примерно вчетверо, что не только подорвало силы лесного хозяйства, но и усугубило нищету в лесных деревнях и поселках.
2. Окончательное уничтожение государственной лесной охраны. Формально лесная охрана была уничтожена ещё Федеральным законом от 29 декабря 2004 г. № 199-ФЗ, лишившим лесников и других работников леса полномочий по охране лесов, но фактически в 2005-2006 годах леса ещё не были бесхозными и беспризорными, так как работники лесного хозяйства, хотя и лишенные почти всех былых полномочий, все-же осуществляли некоторый присмотр за лесами, обеспечивали их охрану хотя бы от пожаров и от некоторых видов лесонарушений. После введения нового Лесного кодекса большая часть работников леса просто лишилась работы, «хозяйствующие» структуры превратились в бесправных подрядчиков-временщиков, а главным смыслом существования «управляющих» структур стало поддержание отраслевого бумагооборота — и заниматься охраной лесов стало практически некому. За время действия нового Лесного кодекса количество людей, чьи должностные обязанности так или иначе были связаны с охраной лесов, сократилось примерно вшестеро, при этом резко упал уровень материально-технической обеспеченности лесной охраны, за исключением отдельных богатых регионов, и радикально вырос бумагооборот. Фактически основная часть лесов превратилась в беспризорную территорию, брошенную государством на произвол судьбы.
3. Значительное ускорение процессов «распила» лесных земель — изъятия лесных земель из государственной собственности и общего пользования граждан Российской Федерации с использованием пробелов и противоречий в лесном и смежном законодательстве. Как наглядный пример — Подмосковье, окрестности других крупнейших городов России, где система управления лесами уже фактически выродилась, или быстро вырождается, в систему распоряжения землями из-под леса и предоставления этих земель под реализацию разнообразных проектов, с самим лесом практически никак не связанных. В 2010 году в Лесной кодекс были внесены поправки, запрещающие уменьшение площади лесопарковых зон, зеленых зон и городских лесов, но в реальности эти запреты или не работают вовсе, или работают формально, не препятствуя «распилу» земель из-под леса, из-за правовой неопределенности понятия «лес». «Распил» земель из-под леса в городах и пригородных зонах стал одним из наиболее обычных нарушений конституционного права граждан на благоприятную окружающую среду.
Введение нового Лесного кодекса России и проведение основанных на нём реформ привело и к другим неблагоприятным изменениям в системе управления лесами — разрушению централизованной системы авиационной охраны лесов (Авиалесоохраны), подавлению и вытеснению из леса малого бизнеса, упадку лесной науки и лесного образования, остановке ряда крупнейших инвестиционных проектов лесного сектора, и т.д.
Наиболее «заметным» итогом лесных реформ последних двадцати пяти лет стали пожарные катастрофы в России почти каждый год! В мае 2025 года горит Бурятия, Забайкальский край, север Иркутской области и Красноярского края, Амурская область.
По моему мнению, в ближайшие годы все вышеперечисленные проблемы сохранятся, поскольку пока ни один из ключевых недостатков Лесного кодекса 2006 года и основанного на нем лесного законодательства, а также выстроенной в соответствии с этим Кодексом и смежными законами системы государственного управления лесами, так и не был исправлен. Более того, концептуальные проблемы нового лесного законодательства, и даже сам факт того, что введение этого законодательства привело к хаосу и разрухе, не признаются Властью, и вряд ли будет в обозримом будущем признан на официальном уровне «кремлёвскими небожителями». Мои надежды на то, что ситуация с «лесным законодательством» начнёт меняться в лучшую сторону, связаны только с полной сменой руководства страны.

Угляница Сергей 

Специально для УК24